Лермонтов >>> Письма >>> Шан-Гирей М. А., Весна 1829 г.
Письмо М. Ю. Лермонтова к Шан-Гирей М. А.

Весна 1829 г. Из Москвы в Апалиху

Милая тетенька!

Извините меня, что я так долго не писал... Но теперь постараюсь почаще уведомлять вас о себе, зная, что это вам будет приятно. Вакации приближаются и... прости! достопочтенный пансион. Но не думайте, чтобы я был рад оставить его, потому учение прекратится; нет! дома я заниматься буду еще более, нежели там.

Вы спрашивали о баллах, милая тетенька, увы! — у нас в пятом классе с самого нового года еще не все учителя поставили сии вывески нашей премудрости!1 Помните ли, милая тетенька, вы говорили, что наши актеры (московские) хуже петербургских. Как жалко, что вы не видали здесь «Игрока», трагедию «Разбойники». Вы бы иначе думали. Многие из петербургских господ соглашаются, что эти пьесы лучше идут, нежели там, и что Мочалов в многих местах превосходит Каратыгина. Бабушка, я и Еким, все, слава богу, здоровы, но m-r G. Gendroz2 был болен, однако теперь почти совсем поправился.

Постараюсь следовать советам вашим, ибо я уверен, что они служат к моей пользе. Целую ваши ручки. Покорный ваш племянник

М. Лермантов.

Р. S. Прошу вас дяденьке засвидетельствовать мое почтение и у тетеньки Анны Акимовны целую ручки. Также прошу поцеловать за меня: Алешу, двух Катюш и Машу.

М. Л.



Примечание к письму:
1 Выражение одного ученика. (Примечание Лермонтова.)
2 Г-н Ж. Жандро. (Франц.) — Ред.
Коментарий к письму:
Впервые опубликовано в «Русской старине», 1886, № 5, с. 442. Письмо написано весной 1829 г., когда Лермонтов учился в пятом классе Университетского пансиона, вероятно незадолго до весенних пасхальных каникул («вакаций»). Кроме занятий в пансионе, Лермонтов продолжал и домашние занятия, в частности, с упоминаемым в письме гувернером Жаном Пьером Келлет Жандро, который так и не оправился от болезни и 8 августа 1830 г. умер в доме Е. А. Арсеньевой.
Лермонтов продолжал усердно посещать театр. «Игрок», о котором он пишет, — популярная в то время мелодрама В. Дюканжа (1783 — 1833), шедшая на московской сцене с 26 января 1828 г. под названием «Тридцать лет, или Жизнь игрока» в переводе Ф. Ф. Кокошкина (1773 — 1838) с музыкой А. Н. Верстовского (1799 — 1862). Главную роль в этой пьесе исполнял П. С. Мочалов (1800 — 1848). Он же исполнял роль Карла Моора в «Разбойниках» Шиллера, которые шли в Москве с 1814 г. в переделке Н. Сандунова (1793). Вопрос о превосходстве П. С. Мочалова над В. А. Каратыгиным занимал видное место в идейной борьбе за передовой русский театр. Об этом писали А. И. Герцен и В. Г. Белинский. Говорят об игре Мочалова московские студенты и в драме Лермонтова «Странный человек». В 1829 г. Лермонтов часто обращается к Шиллеру, переводит и переделывает ряд его стихотворений (в том числе «Три ведьмы» из «Макбета» Шекспира в переделке Шиллера).
В постскриптуме Лермонтов посылает поклон Анне Акимовне Петровой, урожденной Хастатовой (1802 — 1836), сестре М. А. Шан-Гирей, которая вместе с дочерьми Марией Павловной («Машей») и Екатериной Павловной (одной из «двух Катюш») гостила в это время в Апалихе. «Дяденька», которому Лермонтов свидетельствует свое почтение, — муж М. А. Шан-Гирей, а Алеша, Катюша и Еким, незадолго до этого приехавший в Москву учиться, — ее дети.
Источник письма:
Лермонтов М. Ю. Собрание сочинений в четырех томах / АН СССР. Институт русской литературы (Пушкинский дом). — Издание второе, исправленное и дополненное — Л.: Наука. Ленинградское отделение, 1979—1981 год. Том 4, Проза. Письма. — 1981. — Страница 360.